В июне исполнится ровно два года с тех пор, как в Британии провели так называемый референдум о выходе из ЕС – брексит, иными словами. За выход страны из ЕвроСоюза проголосовали около 52 процентов британцев, и хотя понятно, что это так себе большинство, таково было волеизъявление народа. Но помимо 48 процентов сторонников членства в ЕС, это не устраивает еще одного человека. И имя ему – Джордж Сорос.
Неуемной энергии этого человека я могу только позавидовать: то он предсказывает скорый глобальный финансовый кризис, и тут кстати он может оказаться прав, то вообще объявляет, что уже через неделю сторонники спонсируемого им движения Best for Britain начнут кампанию за проведение нового Брексита, только на этот раз о входе в ЕС, а не о выходе.

В одном только феврале месяце Сорос перевел движению Best for Britain 557 тысяч долларов - масштабную кампанию за проведение нового референдума они проводят уже давно, через неделю она просто стартует более официально, с опубликованном манифестом, программой и т.д., и денег миллиардер будет переводить еще больше. Маленькое лирическое отступление: забавно получается - Россия потратила на рекламу в фейсбуке во время британских парламентских выборов 57 рублей, а гражданин США Сорос – 32 миллиона рублей. При этом обвинения во вмешательстве в выборы и ведении гибридной войны звучат в адрес России, даже парламентское расследование организовали, а Сорос видимо таким образом во внутреннюю политику не вмешивается , а просто благотворительностью занимается.

Так или иначе, возникает логичный вопрос, зачем Соросу это нужно? Вот что говорит он сам: «выход Британии – это крайне болезненный процесс, оказывающий постоянное негативное влияние как на само Соединенное Королевство, так и на ЕС». Особенно он беспокоится о будущем ЕС: «Брюссель должен сосредоточиться на решении более важных задач, однако его внимание отвлечено на переговоры о соглашении выхода с Британией». Там еще много чего об экзистенциональном кризисе Европы, о плохой Англии, которая своими действиями приближает мировой финансовый кризис, в общем, слово кризис мелькает в его речи немало раз.

Но вряд ли человека, сделавшего свое состояние на спекуляциях с курсами валют, беспокоят какие-то экзистенциональные кризисы – можно подумать, что на старости лет он просто ударился в философию, однако человек, подобный Соросу, будет думать только о своей выгоде до победного конца. Очевидно, что миллиардер, организовывая политические кампании и цветные революции в самых разных странах, от начала и до конца следовал интересам Вашингтона, его финансовых элит и глобального бизнеса. С кем взаимодействовать, а точнее, контролировать легче, с наднациональным объединением, коим и является ЕС, обслуживающей интересы глобального капитала? Или с отдельной страной, отстаивающей свой суверенитет? Сюда же и прецедент, создаваемый Великобританией – ее действия могут послужить примером для других стран, где антиевропейские настроения крепнут: это и Греция, и Италия, и его родная Венгрия – что, структурам Сороса теперь со всеми по отдельности договариваться? Лоббировал американские экономические интересы через Брюссель, а теперь по столицам разъезжать? Куда это годится?

В общем, не просто так Сорос сокрушается из-за того, что трансатлантический союз между США и Европой начинает трещать по швам, не просто так он тратит деньги на политические кампании в тех странах, где к власти пришли правые силы с националистическими взглядами, не просто так ведет разговоры о предстоящем финансовом кризисе для ЕС. Интересно, кстати, какие решения он при этом предлагает: например, чтобы избавиться от наплыва мигрантов, ЕС должны выделить на развитие Африки 30 млрд евро в год, а для этого он предложил взять кредиты, увеличив госдолг. Такая финансовая схема, оказывается, стимулирует развитие европейской экономики, правда не очень понятно, каким образом.

Но про Сороса можно говорить очень долго, а смысл останется один: он делает все для того, чтобы Британия не вышла из ЕС, и надо сказать, что ему и его сторонникам это отлично удается. Переговоры по сделке идут уже два года, а никакого прогресса так и не наметилось. Стороны не могут договориться о сумме штрафа, который должен заплатить Лондон, не могут определиться со сроками – сначала Мэй стояла на позиции «29 мая 2019-ого года ровно в 23.00 Британия официально покинет ЕС», однако вот уже появляется информация о том, что выход Мэй хочет оттянуть до 2023 года.

Все это привело к настоящей войне в британском парламенте, где одни требуют срочного выхода, а вторые тянут время, заваливая голосование по ключевым законопроектам, касающимся брексита, и так как абсолютного большинства там ни у одной из партий нет, то процесс затягивается дополнительно. Набирая политические очки разговорами о суверенитете Соединенного королевства, о независимой экономической политике, о том, как наконец-то перестанет Британия платить взносы в ЕС, Мэй и ее правительство как-то не предполагали, что войти в союз было гораздо проще, чем из него выйти. По итогу на досрочных выборах результаты консерваторов были ужасными (ну да, это же Россия вмешалась), а на премьер-министра со всех сторон сыпятся радикальные требования: например, буквально пару часов назад группа парламентариев направила Мэй ультиматум с требованием отказаться от таможенного партнерства с ЕС, а она сама, напротив, хочет мягкого брексита с сохранением доступа к еврорынку на переходный период, который уже непонятно, когда должен произойти.

Основные камни преткновения какими были два года назад, такими и остались: ни по торговым отношениям, ни по таможенным, ни по границе между Ирландией, которая останется в союзе, и Северной Ирландией, которая из него выйдет, компромисс так и не был найден. Рассматриваются несколько вариантов выхода: мгновенный без всяких договоренностей, но это последствия в виде обвала фунта стерлингов, торможения работы британского бизнеса (основной торговый партнер Британии – это именно ЕС), да даже полеты из королевства в ЕС будут невозможны в виду договора по открытому небу – таких жизненно-важных договоров, подписанных Британией еще очень много.

Второй вариант, который изначально продвигала Мэй – нужно заключить соглашение о свободной торговле, но Евросоюз с его европейским судом, миграционными соглашениями, стандартами качества и прочим идет на, короче сохраняются все плюсы для Лондона и все минусы для Брюсселя. Такой вариант очевидно не устроит ЕС, так же как Британию не устроит вариант заплатить гигантский штраф за выход из союза.

Наконец, есть и третий вариант, самый вероятный: Британия выходит с текущими договоренностями на время переходного периода, то есть формально являться членом ЕС не будет, а фактически продолжит соблюдать все действующие соглашения, а это уже реальным выходом из союза не назовешь. Это значит остаться в нем, платить взносы, но продолжать говорить о том, какого потрясающего суверенитета мы добилась. А переходный период может так надолго затянуться, что никто и не вспомнит, в чем изначальный смысл брексита был.

Именно такой вариант устроил бы Сороса, который прекрасно понимает, что второй референдум никто проводить не будет. Зато такими компаниями он еще больше затягивает процесс, который итак затянут дальше некуда.
Знаете, после того, как все мировое сообщество ополчилось на Крым, где, кстати, далеко не 52 процента проголосовали за присоединение к России, я вообще перестала понимать смысл референдумов – зачем, если их результаты кто угодно может назвать незаконными и наложить санкции? Зачем, если твое правительство затянет переговоры по твоему же волеизъявлению так, что ты уже забудешь, за что ты там вообще голосовал? Но это уже философский вопрос.