газ

Недавно во время буксирования по Черному морю турецкое судно пыталось помешать переводу самоподъемной платформы «Таврида» к побережью Крыма. На следующий день украинский МИД заявил о том, что российская сторона украла платформу, принадлежащую Украине. С точки зрения российской власти, это - абсолютный абсурд, но не надо спешить с выводами. Нерешенность вопроса раздела шельфовых вод Черного моря ставит перед двумя странами целую стену проблем.

13 декабря 2015 года на востоке Туркмении, в городе Мары состоялась церемония начала строительства газопровода Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ). Газопровод должен быть построен к декабрю 2019 года, его протяженность составит около 1,8 тыс. километров. На это же время запланированы первые поставки газа. Речь в статье пойдет о перспективах этого газопровода, о ситуации в регионе, его проблемах и сложностях, а также возможностях России.

Последние десять лет нефтегазовая отрасль США росла, как на дрожжах. В начале июля 2015 года в стране был достигнут пик добычи в 9,6 млн баррелей в день. Но тем временем над нефтедобывающими сланцевыми компаниями сгущались тучи. Накачка отрасли достигла абсолютно неразумных величин, и все понимали, что на рано или поздно образовавшийся пузырь должен был лопнуть. Судя по всему, его прокол уже произошел, 2016 год станет годом начала заката сланцевой революции в США.

В 25-м выпуске MOUNT SHOW Даниель Кайгермазов примеряет к турецкому лидеру и американскому Госдепу яркие пословицы и поговорки, раскусив "хитрый" план Эрдогана под названием «Сам дурак!» и госдеповское "Мы верим тебе Россия, но Турция не виновата". Итак, сегодня в выпуске: границы Турции закрываются по финансовым причинам; раскрыта загадка турецкого потока - кто не жжет навоз, тот москаль; мегатроллинг от мегаватников; украинскому Деду Морозу «шьют» коммунистическое прошлое; Польша и ядерное оружие; мавританский президент работает футбольным диктатором и многое другое.

В первой части статьи рассказывалось о том, как Украина пришла к идее энергоблокады и что она для этого сделала. Также расписаны контрдействия России и увлекательная гонка двух государств, напоминающая гонку в постройке двух первых броненосных кораблей в США. Тогда немощь Конфедерации стала очевидной, а победа Севера однозначной. Судя по всему, нечто подобное произойдет по итогу блокады Крыма.

После атаки на Су-24 слова «газовая война» перестали быть красивым эвфемизмом. А наши «партнёры» показали, как далеко они готовы зайти в своей энергетической геополитике. Провокация против нашего самолёта была идеально спланирована, чтобы в большой конъюнктуре событий вышибить Россию из региона как последний препон, мешающий свержению Асада. По замыслу авторов этой операции, после атаки на Су-24 мы должны были уйти из Сирии.

Ничего не предвещало такой развязки. Россия подставила плечо Эрдогану, когда очередная цветная революция вот-вот могла начаться на улицах Анкары. Также Владимир Путин объявил о строительстве «Турецкого потока» вместо «Южного». Это стало точкой отсчета новых отношений между Анкарой и Москвой. Новые контракты, новый экономический потенциал, возможность стать единственным газовым хабом для южной Европы - все это дал Эрдогану президент России. Взамен Россия получила «понимание» ее интересов в Крыму и Сирии. Подготовка же российской военной операции в Сирии и ее вступление в войну на стороне Асада, скорее всего и стали тем фактором, который перечеркнул все хорошие начинания 2014 года. Но когда же разошлись дорожки нео-оттоманской Турции и Вашингтона?

В начале ноября 2015 года на Украину должна была прибыть миссия МВФ. Планировалась, что миссия будет рабочей. Ничто не предвещало неожиданностей. Ровно до того момента, как группа депутатов от пропрезидентского блока не выступила с инициативой налоговой реформы, которая камня на камне не оставляет от плана по медленному удушению украинской экономики - на деньги западных кредитов. Пора и нам ознакомиться с тем, чего так не хотят «западные друзья». Выяснить, чем отличаются два пути, предложенные Украине, и что именно так беспокоит наших западных «друзей».

Резкое падение цен на нефть, настоящая ценовая война, которая была начата Саудовской Аравией в 2014-м году и продолжающаяся до сих пор, попытки саудитов увеличить свою долю на нефтяном рынке... Во что все это вылилось для нас, ну и, собственно, для «страны двух мечетей» — попытаемся разобраться в материале.