лев

В переводе с латыни слово «террор» означает «страх», «ужас». С некоторых пор страх и ужас регулярно посещает крупные и не очень города по всему миру. Особенность терроризма в его безадресности: в терактах гибнут и получают ранения совершенно случайные люди, которым просто не повезло оказаться на месте трагедии.

Пока весь мир держит руку на пульсе событий, которые происходят вокруг Турции, немецкая газета «Frankfurter Allgemeine Zeitung» публикует интервью с лауреатом Нобелевской премии по литературе 2015 года Светланой Алексиевич. Зачем немцы достали из шкафа нобелевского лауреата в такие жаркие для политики дни?

Эрдоган совершил историческую ошибку. Теперь Республика Курдистан становится политически реальным будущим, а раздел Турции не за горами. Пока же ни российского газа, ни российского атома! Вот так. По ТВ передали, что и продукты, и ширпотреб турецкий в Россию более не импортируется. Там без всяких законов обошлись, просто таможенный контроль усилили. Можно, конечно, пожалеть о всех выгодах торговли и сотрудничества, да и курорт привычный потеряли, но геополитика важнее.

В последнее время США нечем похвастаться в военном плане: прозападная антитеррористическая коалиция хоть и существует, но существует формально.

На Украине позади уже второй тур выборов мэров и местных депутатов, оказавшийся куда более странным, чем второй, который мы анализировали ранее. И если то, что решилось в первом туре, было в известном смысле закономерно и внушало некоторые надежды, то результаты второго говорят о том, что ничего хорошего Украину, скорее всего не ждет. Выбирать придется между "совсем плохо навсегда" и "плохо с надеждой на лучшую жизнь"...

«Исламское государство» успешно функционирует до тех пор, пока в состоянии поддерживать баланс интересов всех внутренних фракций. В случае с Халифатом речь идет о многочисленных племенах и кланах, которые приняли присягу исключительно ради получения «ярлыка на княжение», позволившего местным элитам приумножать свои капиталы. Однако недавно племенной и клановый бизнес оказался под ударами российской авиации, и привлекательность сотрудничества с «Исламским государством» была подвергнута сомнению.

Отношения с Европой — больной вопрос для российского общества. Меньшая, но очень активная часть общества хотела бы стать перед Европой на колени и слезно выпрашивать разрешение пожить на коврике "Великой Европейской Цивилизации". Другая часть общества мечтает увидеть Париж и Берлин в огне, а европейцев — в могиле, почему-то считая, что от этого России непременно будет хорошо. Несложно заметить, что оба подхода автоматически исключают использование рационального мышления, и это очень и очень плохо.

На фоне того, как весь мир хором твердит о необходимости совместного противостояния терроризму, действия отдельных государств выглядят парадоксально нелогичными и напоминают открытый вызов мировому сообществу. 24 ноября российская антитеррористическая операция принесла потери нашей стране. Причем, что с трудом укладывается в голове, не от рук боевиков, а от государства, которое на собственном опыте знает, что такое стать жертвой терактов.

Платоническая любовь дальнобойщиков все никак не закончится. Центром сопротивления стал Дагестан. Бастующие настроены более чем серьезно: если их не услышат, 30 ноября они двинутся колонной на Москву и попытаются парализовать МКАД. Тема с новым налогом для фур просто благодатнейшая почва для либералов.

Сегодняшнее обсуждение проблемы террористической угрозы для россиян в некотором роде уникально, так как представляет собой крайне редкое для нашего общества явление: пораженцы и либералы спекулируют на реальной, а не искусственно накаченной проблеме. Хотя стоит отметить, что это вовсе не мешает им прибегать к своим излюбленным приемам ведения заочной дискуссии: подмене тезисов и смещении акцентов. Но насколько реальна угроза терактов для России? Кто будет их спонсировать и готовы ли наши силовики к такому сценарию?