Ничего личного, просто саботаж

Депутат от КПРФ Вадим Соловьев внес законопроект, предусматривающий уголовную ответственность за саботаж, причем весьма суровую: до 10-15 лет лишения свободы. Состав преступления предлагается определить как «действие или бездействие, направленные на дестабилизацию промышленности, транспорта, сельского хозяйства, денежной системы, торговли или иных отраслей экономики, а равно деятельности органов государственной власти, организаций, предприятий или иных учреждений с целью ослабления государственной власти или экономики РФ, а равно неисполнение указов и распоряжений президента РФ».

Депутат считает, и с ним сложно не согласиться, что

Исторически статья за саботаж была в УК РСФСР 1926 года (т.е. до 1958 года), где «контрреволюционный саботаж» (ст. 58.14) определялся как «сознательное неисполнение кем-либо определённых обязанностей или умышленное небрежное их исполнение со специальной целью ослабления власти правительства и деятельности государственного аппарата». Вполне точное определение: суть именно в сознательном неисполнении своих обязанностей с целью ослабления советской власти.

Предлагаемая современная трактовка учитывает реалии: если в СССР тех времен нельзя было представить, чтобы правительственные чиновники массово и осознанно саботировали указания главы страны, действовали на развал экономики, армии и т.д, – то сейчас, увы, можно. Ведь это «всего лишь бизнес, ничего личного». 

По интернету широко разошлась фраза генерального директора Института проблем глобализации Михаила Делягина:

Фактически, это можно понимать так: в современных условиях саботаж «со специальной целью ослабления» государства со стороны самих государственных чиновников, которые рассматривают свое положение с точки зрения удобства для бизнеса, а не служения народу и государству,  вполне имеет место.

Именно поэтому пришлось выделить «неисполнение указов и распоряжений президента РФ» – увы, уже стало нормой, когда Владимир Путин произносит речь на тему «как надо», причем весьма правильную, а ее тезисы игнорируются правительством, которое продолжает гнуть свою линию. 

Судя по процитированному отрывку, в предлагаемой статье УК должна вводиться именно персональная ответственность за указанные деяния, что правильно.

Внесение закона, что характерно, произошло на фоне двух подряд аварий Протона. Роскосмос как-то очень полюбил в ответ на «доколе?» ссылаться на саботаж – что ж, для наведения порядка требуется соответствующий инструмент, который позволяет дифференцировать просто халатность (которой тоже быть не должно) и невыполнение своих обязанностей высшим менеджментом, который как-то не привык ни за что отвечать по всей строгости закона. Необходимо срочно решить проблему системного кризиса в космической отрасли, и методы необходимы жёсткие.

Не известно, пройдет ли закон, и если да, то в какой именно формулировке, но ответственность должна быть именно персональной, а не «мы назначили комитет, который позаседал, но ничего не сделал, и все само собой развалилось, мы тут не при чем».

Главная сложность – формализация уровня ответственности. Помните катастрофу на Саяно-Шушенской гидроэлектростанции? На каком уровне должна быть ответственность? Я не юрист, просто выскажу своё мнение: те, кто мог обнаружить признаки аварии непосредственно на месте, в любом случае, не имели осознанного намерения саботажа (к тому же при аварии погибло 75 человек). 

А вот в акте комиссии Ростехнадзора указаны шесть должностных лиц, причастных, по ее мнению, «к созданию условий способствующих возникновению аварии».

Например: «Чубайс Анатолий Борисович… утвердил Акт Центральной комиссии по приемке в эксплуатацию Саяно-Шушенского гидроэнергетического комплекса (Приказ РАО «ЕЭС России» от 13.12.2000 № 690 «Об утверждении Акта приемки в эксплуатацию Саяно-Шушенского гидроэнергетического комплекса»). При этом не была дана должная оценка действительному состоянию безопасности СШГЭС. Кроме того, в последующем не были разработаны и выполнены действенные и своевременные компенсирующие мероприятия по безопасной эксплуатации СШГЭС (в том числе не выполнено решение «в кратчайшие сроки приступить к работам по строительству дополнительного водосброса на Саяно-Шушенской ГЭС», не заменены рабочие колеса на гидроагрегатах, не разработана программа компенсирующих мероприятий по безопасной эксплуатации гидроагрегатов участвующих в регулировании мощности и в связи с этим имеющих повышенный износ)». 

Что это: простая халатность, либо же «действие или бездействие, направленные на дестабилизацию»? Либо и то, и то? Как именно классифицировать упомянутые выше деяние? Вопрос остается открытым.

Нет сомнения в том, что закон изначально необходимо максимально полно продумать с юридической точки зрения во избежание в последствии недоразумений и разночтений, мешающих правосудию.

Также весьма расплывчат вопрос неисполнения указов Президента. Дело в том, что они редко бывают персональными и подробными: «Президент РФ указывает И.И. Иванову на необходимость сделать то-то». Ведь чаще речь идет об организациях, отраслях в целом.

Таким образом, чтобы предполагаемый закон был эффективен, для него необходимо создать правовое поле, изменив управленческие государственные структуры в соответствии с принципом персональной ответственности – по сути, это означает разработку стандартов управления и законодательную обязательность их применения, каждый чиновник должен иметь строго определённые права и обязанности, в рамках которых он несет полную ответственность за свою деятельность. Конечно, это повышает бюрократизацию управления как таковую, инициативы продвинуть будет сложнее.

Но действительность в том, что подавляющее большинство таких «инициатив» направлены на пополнение частных карманов за государственный счет с минимальной ответственностью (в современном УК нет даже меры «…с конфискацией имущества»).

Вопрос ответственности частных организаций не менее запутан: они имеют широчайшие возможности для саботажа, но кто при этом будет нести ответственность? Одинаково странно предъявлять обвинение как главе транснациональной компании, который не вникает в мелочи на местах, так и менеджеру низшего и среднего звена, который в рамках своих обязанностей не может влиять на деятельность компании значимым образом. Не говоря уж о варианте «зицпредседатель Фунт».

Также необходимо учитывать лоббирование интересов бизнеса во власти, на что обратил внимание Владимир Путин:

Нельзя, все согласны. 

Но вот как это контролировать, если даже проворовавшиеся и завалившие все дела топ-менеджеры государственных корпораций просто увольняются? При этом бизнесмены постоянно жалуются на «незаконное уголовное преследование» и хотят «гуманизации уголовного законодательства». Путин даже не выдержал и высказался открыто:

— То есть человек совершил деяние, возместил сумму, равную ущербу, — и все? Поймали — возместил. Не поймали — будь здоров, Иван Петров. Где же справедливое наказание?!

Так что предложение важное и своевременное, но имеются как чисто юридические сложности, так и проблема самого принятия закона и его дальнейшего правоприменения.

Интересный побочный вопрос: обратили внимание, что оппозиционная официальной власти партия выдвинула закон, который направлен на укрепление централизованной власти, хотя, казалось бы, оппозиционеры должны стремиться ее ослаблять? Могли бы и не упоминать про указы президента, не так ли?

Конечно, «Протон» на слуху позволяет сыграть на злободневной теме, выдвинув закон о саботаже, принятие которого вызовет понятные сложности. Но даже если это считать популизмом, то, при всех претензиях к современной КПРФ, законопроект – социалистический по духу, направлен на развитие России, а не на политические межпартийные игры. И все, кто будет голосовать «против», являются именно саботажниками, осознанно действующими в плане ослабления государственной власти и экономики РФ.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram